КАК ДЕНДИ ЛОНДОНСКИЙ ОДЕТ, или ФРАНЦУЗЫ НЕ ПРОЙДУТ!

admin
2 августа 2020
7 044
  Напомним, что в результате Великой французской революции произошла революция во всех европейских странах, даже в тех, где царствующие династии так и остались на своих тронах, ведь это была революция в моде. До конца XVIII столетия декоративный макияж был очень ярким и неестественным (это означало низкий интерес к косметологии), в обиходе были парики и пышные вычурные наряды, нередко стеснявшие движения. Причем подобный стиль был принят как у дам, так и у кавалеров. Никогда еще мир не знал таких ярко одетых и накрашенных мужчин. Французская революция изменила всё. Именно во Франции мужчины первыми отказались от макияжа, оделись просто и удобно. Люди стали чаще мыться, слабее душиться. Дамы макияж сократили, отказались от пышных юбок и обратили свой взор к копирующим античность платьям с завышенной талией. Парики, разумеется, отправились в мусор. 
Постепенно, одновременно с войсками революционной Франции, а потом – империи Наполеона, новая мода проникала в другие европейские страны. И хотя военное вторжение не приветствовали,  моду отчасти перенимали, в том числе и чопорные англичане… Словом, наша очередная статья о том, как англичане сопротивлялись Наполеону на поле модной битвы. 
 

Надо сказать, что в Англии в тот период тоже было неспокойно, буржуазия уже вовсю благодаря своему экономическому могуществу теснила аристократию. Многие древние семьи были в немилости у двора после смены династии (с шотландцев на немцев, по крови Маунтбеттенов). Словом, у представителей высшего света (а моду диктовали именно они) было два противника: французские революционеры и собственные буржуа, подчеркивавшие свое положение в обществе при помощи роскоши. И вот возник дендизм – сохранившиеся до наших дней правила того, как должен выглядеть НАСТОЯЩИЙ джентльмен. Его внешний вид должен был зримо, но скромно, не выставляя ничего напоказ, продемонстрировать превосходство данного человека над всеми окружающими. 

Лидером и создателем дендизма считается Джордж Брайан Бруммель, родившийся 7 июня 1778 года в семье состоятельного столичного пастора. Бабушка будущего Красавчика Бруммеля так любила его, что приучила одеваться красиво, богато, ярко, элегантно, быть заметным за счет своей одежды. Пастору это не понравилось, тем более что его карьера резко пошла вверх и он не мог допустить в своем доме никакой несерьезности! Пастор все-таки. Поэтому бабушке пришлось перевести внука лет с пяти-шести на строгие цвета, но она продолжала одевать мальчика так тщательно, как детей обычно не одевают. Джорджу это нравилось больше, чем бегать, прыгать и всякими другими методами портить свой внешний вид. 

В 12 лет он поступил в Итон, самое аристократическое учебное заведение Англии, а потом в Оксфордский университет, и везде он постоянно выделялся среди сверстников необычайно аккуратным и элегантным внешним видом. Блестяще образованных, остроумных, богатых и знатных студентов в Оксфорде хватало. Бруммеля, у которого не было ни такого происхождения, ни столько денег, разве что имелся ум, сделала известным… одежда. Уже тогда он начал формулировать свою философию денди, которая понравилась принцу Уэльскому, будущему королю Георгу IV. Принц сам был большим любителем хорошо одеваться, вот только вкусом не обладал и, надо отдать ему должное, понимал это! Он мог оценить чужие идеи, принять их, но не более. Поэтому, современным языком говоря, нанял Бруммеля своим стилистом-советником, то есть фактически ввел его в свою свиту. Чтобы Бруммель стал достойным подобной чести, в 1794 году, 16-летним юношей, он был возведен в звание пэра Англии! 

Вскоре Бруммель начал служить в армии (в те времена не служить было стыдно), однако очень быстро оставил службу, поскольку у него было слишком много дел при дворе, к тому же в армии необходимо было пудрить волосы. Пудрить волосы! Пережить такое он не мог. 

Получив центральное место в свите принца, Бруммель быстро стал законодателем мод и заработал себе прозвище Красавчик. То, что он рекомендовал, может показаться похожим на французскую моду времен революции, но нет! Идеологическая подоплека была совершено другой. Французы выступали за простоту и свободу, вызванные демократичностью. Бруммель же отвечал им элегантной простотой аристократии. Простотой, которая повергает безвкусное богатство. Когда чуть позже расцвела имперская мода времен Наполеона, помпезная и яркая, Бруммель обрушился на роскошь и вычурность нарядов выскочек, поднятых из грязи революцией, даже если их головы уже венчали короны. 

Итак, Бруммель рекомендовал мужчинам отказаться от декоративной косметики, по его мнению – яркой и вульгарной, и прежде всего от пудры и париков. Он выступал за полное отсутствие макияжа и допускал исключительно незаметный естественный макияж, причем только у дам. Мужчинам он советовал короткие, тщательно выполненные стрижки. Раньше мужские стрижки не имели большого значения, волосы носили длинные, важно было не придать им форму при помощи ножниц, а красиво уложить. При Бруммеле элегантная стрижка стала основой образа мужчины. Волосы желательно было иметь здоровые и густые. Бриться необходимо было тщательно, без остатков щетины, но и без порезов, свидетельствующих о неаккуратности. 

Личная гигиена стала трендом того времени, до этого мылись редко, а накопившийся за несколько недель запах пота перебивали духами. 

Мыться в то время призывали сразу несколько законодателей моды: Жозефина Богарне, супруга Наполеона, Мария Фицгерберт, фаворитка Георга Английского, друг и соратница Бруммеля, и, конечно, сам Бруммель. Он был решительнее дам и потребовал (серьезная инновация!) регулярно стирать одежду (даже с риском ее испортить) и каждый день (а то и чаще) менять нижнее белье! Рубашки и перчатки, платки и галстуки (имевшие вид шейных платков) должны были, по мнению Бруммеля, быть белоснежными и пахнуть свежестью. Свои вещи он отправлял стирать в провинцию, чтобы они пропитались во время сушки ароматом полевых цветов. Бруммель сделал ванну атрибутом каждой мужской спальни (мылись перед каминами прямо в спальнях). Офицерам предписывалось возить с собой небольшие ванны, а также моющие средства, включая средства для и после бритья. Сам Красавчик рекомендовал (рекламировал) мягкие средства, с ухаживающим эффектом, с терпкими, «мужскими» запахами. Бруммель надолго вывел из моды ароматы «унисекс», разделив духи и запахи в принципе на дамские и достойные денди. 

И ногти, ногти! Бруммель настаивал: их необходимо мыть, чистить, аккуратно подстригать. Джентльмен не должен был носить ни обломанные, ни тем более обгрызенные ногти, ни длинные, ни полированные. Он же не дама…

С косметологией Бруммель был осторожен. С одной стороны, он выступал за ухоженную здоровую кожу, с другой – не поощрял излишнее увлечение сильного пола уходами: дескать, у аристократа и так кожа хорошая, белая и чистая, а если вы не аристократ, так и нечего вообще рассуждать о моде. 

Бог наделил его высоким ростом, хорошей фигурой, красивой ровной кожей, проницательными серыми глазами и склонностью к здоровому образу жизни. Когда вокруг большинство аристократов и буржуа регулярно переедали и употребляли неимоверное количество спиртного, Бруммель посмел призвать их сесть на диету. Он был уверен: только стройный, физически сильный и здоровый мужчина имеет право считаться красивым. Если природа вас обделила или вы просто стареете, остановите этот процесс: занимайтесь спортом (боксом, фехтованием, верховой ездой, плаванием), не переедайте, держите себя в форме. Бруммель считал: пить можно, но столько, чтобы утром совершать верховую прогулку по парку и при этом твердо держаться в седле. К сожалению, подобный подход вызвал неудовольствие его высочества: принц любил покушать, отличался редкостной полнотой и страдал алкоголизмом, от которого тогда не лечили. 

Бруммель первым ввел четкое разделение мужского костюма по времени суток и разным случаям жизни. До него были придворный и военный (походный, охотничий) костюмы и домашний халат. При нем появились костюмы для утренних визитов, для бала, для прогулки в экипаже, для прогулки верхом, для охоты, для чая в кругу дам, для путешествия, для визита во дворец и прочее. Бруммель заставил мужчин переодеваться несколько раз на дню, сильно расширить свои гардеробы, обратить внимание на крой и детали. До него красота определялась роскошью наряда, а при нем на первое место выступили точность кроя, хорошая посадка костюма («как литой») и его кажущаяся простота. Бруммель ненавидел показную роскошь и не раз остро высмеивал ее любителей, особенно «свежеразбогатевших», лишенных воспитания и образования. 

Остальные принципы моды на одежду от Бруммеля были следующие.

Общество должно видеть и обсуждать человека, а не его одежду. Одежда – лишь часть личности, часть человека, его вторая кожа. Одежда не должна  бросаться в глаза ни яркостью, ни экстравагантностью, ни даже новизной (денди искусственно старили свои наряды, натирая их наждачной бумагой). Одежда должна быть дорогой, но этого не должно быть видно! Отсюда приоритет темных тонов: черного, коричневого, серого, синего, зеленого цветов. Чем для более позднего времени суток предназначался костюм, тем темнее выбирали для его ткань. Жилет же позволялось носить яркий или светлый. 

Зато рубашки и нашейные платки Бруммель предпочитал ослепительно белые, из лучшего батиста, который предложил слегка подкрахмаливать. До этого крахмалили лишь кружева и нижние юбки. Не забудем: шейные платки-галстуки изобрел как раз Бруммель, основываясь на известных со времен Людовика XIV полушарфах-полугалстуках, защищавших горло мужчины от простуды. Европу с ними познакомили хорватские офицеры Короля Солнце, шокировавшие Париж своими «дикарскими» нарядами. Позже шейные платки вошли в употребление в армии. Они на самом деле грели, с ними было проще обращаться, в том числе их было легче менять, чем популярные до революции в моде кружевные жабо. Многие французы рассердились на Бруммеля за «кражу» французской идеи и назло ему носили «народные» шейные платки черного цвета. Впрочем, вскоре эта мода была забыта – победили белые. 

Бруммель вообще любил заниматься «инновациями». Так, континентальная мода всегда была легче английской, просто потому, что в Англии более холодный климат, часто идут дожди. Поклонник прогулок и охоты, Бруммель был хорошо знаком с твидом – шерстяной тканью, немного грубой и тяжелой, зато очень теплой, из нее шили костюмы для «пребывания в деревне». Он ввел твид в постоянный обиход денди. Даже дамы стали носить твидовые жакеты и пальто, всем так понравилось не замерзать!

Согревает нас до сих пор еще одно предложение Бруммеля: носить кашемир. Денди Бруммель предложил кашемировые жилеты, а дамам – шали, которые, скрипя зубами, в холода стали носить даже француженки. Кроме того, императрица Жозефина выросла в тропиках и поэтому постоянно мерзла в суровом климате Парижа. Мода на кашемировые шали продлилась на столетия: их коллекционировала императрица Евгения, супруга племянника Наполеона, обожала императрица Британии Виктория, жаловала наша Александра Фёдоровна, а еще в них уютно куталась мисс Марпл. Почему Бруммель так любил согревать население? Да просто он считал красивым только здорового человека. 

До Бруммеля мужчины щеголяли всеми видами ювелирных украшений, включая серьги. Он оставил им только булавки для галстуков и часы, но очень дорогие и изысканные, желательно – настоящие произведения ювелирного искусства. 

Обувь денди предписывалось носить исключительно темную (в пику былым ярким туфлям с пряжками), гладкую и обязательно чистую! Ходили слухи, что свою обувь Бруммель натирает первоклассным шампанским и полирует даже подметки! 

Не забудем один ОЧЕНЬ важный момент. Бруммель никогда не диктовал моду в сговоре с производителями, например твида или батиста. В отличие от имевшегося у него во Франции соперника (более позднего по времени), лидера континентальных денди Альфреда д’Орсе, не стеснявшегося использовать свою репутацию законодателя мод для рекламы той или иной продукции (разумеется, за комиссионные), Бруммель был принципиален, его нельзя было купить. 

Манеры Бруммель предпочитал естественные, ненавидел в мужчинах (да и в дамах) излишние жеманство и кокетство. Презирал театральность и показуху. Любителям таковых мог нахамить, но только остроумно. 

Мода от Бруммеля быстро распространялась по Европе, уничтожая небрежный, «растрепанный» стиль, исходивший из Франции. Человеку свойственно любить новое, но революция и ее эстетический идеал (в компании с завоевательными походами Наполеона) требовали альтернативы, ответа. И получили его. 

Кстати, дендизм в России активно распространяли многие герои антинаполеоновских войн. Особенно он был симпатичен Михаилу Богдановичу Барклаю-де-Толли, шотландцу по происхождению. 

К сожалению, образ жизни денди оказался самому Бруммелю… не по карману. Коронованный друг Георг, не раз выручавший своего «дизайнера» деньгами, увы, сам был в долгах. Красавчику Бруммелю пришлось уехать в Кале. Долгие годы он ждал финансовой помощи и возможности вернуться обратно. Так долго, что утратил интерес к моде. В результате общество утратило интерес к нему. 

30 марта 1840 года Бруммель умер в благотворительной больнице для бедных. У него не было потомков. Кто-то говорил, что он любил только себя; кто-то вздыхал о его неразделенной любви к фаворитке короля миссис Фицгерберт… 

Впрочем, современные ухоженные, элегантно, но неброско одетые мужчины с безукоризненными стрижками и мужественными фигурами, хорошими манерами и вкусом – разве это не потомки Джорджа Бруммеля?!

 

Оставить комментарий

Нажимая кнопку, Вы даете согласие на обработку персональных данных